Читайте в Telegram
|
Прошло совсем немного времени, как Павел Дуров закрыл TON из-за разбирательств с Комиссией по ценным бумагам (SEC). Напомним, по решению суда Telegram обязан вернуть покупателям Gram $1,22 млрд, а также выплатить $18,5 млн компенсации:
Как оказалось, даже внутри SEC не все поддерживали действия комиссии по ценным бумагам. Комиссар Эстер М. Пирс в режиме видеоконференции выступила на Blockchain Week в Сингапуре, где поделилась мнением насчёт произошедшего.
Свою речь она начала со стандартного заявления об отказе от ответственности:
Мнения, которые я представляю, являются моими собственными и не обязательно совпадают с мнением Комиссии по ценным бумагам или моих коллег.
Она выразила несогласие относительно действий SEC против Telegram и выразила надежду, что это поспособствует её усилиям для обеспечения возможностей, чтобы распространять токены, не нарушая законов о ценных бумагах. Эстер М. Пирс упомянула изобретателя Жан-Жозефа Мерлина, который изобрёл роликовые коньки. Он решил продемонстрировать своё изобретение на светском приёме, катаясь на них и играя одновременно на скрипке. Но Мерлин не предусмотрел тормозную систему, и в итоге было разбито дорогое зеркало.
История Мерлина напоминает нам, что новаторы - помимо того, что они блестящие изобретатели - иногда являются увлеченными шоуменами, которые не тратят много времени на размышления о том, что можно сломать по пути. Если бы мистер Мерлин проконсультировался с третьей стороной, ему бы посоветовали оставить скрипку, кататься на коньках подальше от больших зеркал и использовать механизмы для торможения.
По мнению Эстер М. Пирс, SEC как раз и выступает той третьей стороной, которая в истории c Telegram «вместо того, чтобы предоставить полезные рекомендации по стандартам безопасности и технологиям торможения, просто предъявляет иск фигуристам за разбитые зеркала».
Мне не всегда удаётся убедить коллег присоединиться к моему мнению и иногда я остаюсь в меньшинстве. <…> Соглашение об урегулировании с Telegram стало печальной кульминацией расследования, которое я не поддерживала с самого начала.
Кроме того, Пирс напомнила, что Telegram не является американской компанией, а инвесторы из США предоставили только около четверти из всех средств, привлечённых в TON.
Кого мы в итоге защитили этими действиями? Первоначальных покупателей, которые были аккредитованными инвесторами? Представителей общественности, многие из которых, между прочим, находятся за пределами Соединенных Штатов, кто бы купил Gram и использовал токены для покупки и продажи товаров и услуг на блокчейне TON? Они действительно ориентировались на американские законы о ценных бумагах? Или будущих новаторов, которые теперь будут обходить стороной США?
