Брендированные тарифы всё чаще маскируют под MVNO

В Т2 заявили, что некоторые виртуальные операторы на деле являются обычными тарифами и объяснили, почему почему не каждый MVNO — настоящий оператор.

Рынок виртуальных операторов в России всё чаще смешивает полноценные MVNO с обычными партнёрскими тарифами, которые продаются под чужим брендом. Об этом в колонке для «Ведомостей» рассказала директор по развитию сегмента виртуальных операторов Т2 Ольга Кравцова.

По её словам, доля MVNO на российском рынке уже составляет около 8–11%, а сами виртуальные операторы всё заметнее влияют на отраслевые стандарты, ценообразование и технологические решения. При этом маркетологи стали использовать термин MVNO слишком широко — в том числе для проектов, которые по сути представляют собой специальные тарифы или агентские продажи.

Чем настоящий MVNO отличается от брендированного тарифа?

Кравцова отмечает, что у полноценного виртуального оператора должны быть собственная лицензия на оказание услуг подвижной радиотелефонной связи без использования радиочастотного спектра и выделенная под неё нумерация.

Кроме того, такой оператор самостоятельно участвует в построении архитектуры сети, заключает необходимые договоры, отвечает за защиту данных абонентов и соблюдение требований законодательства.

При подключении клиент заключает договор именно с виртуальным оператором как владельцем лицензии.

Агентская модель устроена иначе. В этом случае за партнёрским брендом может скрываться обычный тариф большого оператора, а самостоятельность проекта сводится в основном к маркетингу, продажам и распространению специальных SIM-карт.

MVNO можно «нарисовать» почти для любого бренда

По словам Кравцовой, без чётких критериев виртуальным оператором можно назвать почти любой партнёрский тариф — например, предложение для футбольного клуба, университета или популярного блогера.

В качестве примера она вспоминает первоапрельский анонс собственного оператора Ольги Бузовой семилетней давности. Даже если бы такой проект действительно запустили в формате специального тарифа для поклонников, без операторской лицензии он всё равно не считался бы полноценным MVNO.

Маркетинговые определения вроде «смарт-MVNO», «экспресс-MVNO» или «бутикового MVNO» сути, по мнению представителя Т2, не меняют.

Ответственность виртуального оператора значительно шире

Полноценный MVNO несёт те же регуляторные обязательства, что и другие участники рынка связи.

Оператор должен проверять данные новых абонентов через государственные системы, а в случае с иностранными гражданами — проводить необходимую верификацию. Кроме того, операторы обязаны подключаться к государственной системе «Антифрод», которая используется для борьбы с мошенническими звонками и обмена информацией о подозрительных номерах.

Кравцова подчёркивает, что наличие собственной лицензии и нумерации невозможно скрыть: информация о лицензии появляется в реестре Роскомнадзора ещё до полноценного публичного запуска проекта.

В Т2 предлагают навести порядок в терминологии

В компании считают, что MVNO всё чаще превращается в маркетинговый ярлык, который используется для продвижения продуктов, не соответствующих классической модели виртуального оператора.

По мнению Кравцовой, рынку пора чётко разграничить полноценные MVNO и партнёрские тарифные предложения, что должно сделать терминологию понятнее не только участникам отрасли, но и самим абонентам.